Шапка
IPG Logo

«Для танго нужны двое. Путин не хочет танцевать»
Легенда ЦРУ Джек Девайн о политике России, ее вмешательстве в дела США и войне в Украине

|
AFP
AFP
«В мое время главным «фронтом» была Южная Америка, сейчас - это Украина»

Более 30 лет Джек Девайн посвятил службе в ЦРУ, участвовал в подготовке тайных операций за пределами США, многими из которых он руководил лично. В списке его достижений – победа над коммунизмом в Чили, противодействие советским войскам в Афганистане, поимка самого известного наркобарона Пабло Эскобара и многое другое. Он ушел на пенсию с поста исполняющего обязанности заместителя главы ЦРУ, отвечающего за проведение тайных операций.

Вашим первым заданием было Чили во времена президентства Альенде. В своей книге вы утверждаете, что ЦРУ, несмотря на желание администрации Никсона сместить просоветского лидера, не участвовало в военном восстании. Более того, Управление хотело изменить власть демократическим путем – дать оппозиции победить на выборах. Возможно, поэтому российские власти обвиняют США в организации Евромайдана в Украине?

Причина, по которой ЦРУ выступило в те годы против Белого дома и президента Никсона, заключалась не в том, что Управление воспринимало избранное коалицией коммунистов и ультраправых чилийское правительство недостаточной угрозой. Это была огромная угроза. Однако мы понимали, что искусственно организованное военное восстание в Сантьяго не приведет к успеху. Мы просто говорили: это не сработает. Но Вашингтон принял решение все равно на это пойти – попробовать устроить переворот. И был провал.

То, что говорят русские в отношении США или ЦРУ, мы слушаем предельно внимательно. Правда, смотрим на это со скептицизмом. Я не эксперт по Украине, но мне кажется, что Революция достоинства была генерирована украинцами. Невозможно извне создать такое многомиллионное движение, подобное можно увидеть только в фильмах. Между тем я не удивлен тому, что россияне видят в этом операцию ЦРУ.

Насколько понятной для США сейчас является стратегия Путина?

Журнал The Economist изобразил Путина, играющего в шахматы, показав великим гроссмейстером. Но это не означает, что он великий гроссмейстер. Чем дольше я рассматривал его стратегию, тем больше понимал, что его представления о мире, его планы выглядят предельно просто: ослабление соседних государств, чтобы в последующем контролировать их. То же самое сейчас делает Иран.

Эта путинская стратегия на тактическом уровне выполняется очень хорошо. Когда мы смотрим на долгосрочную стратегию, то становится очевидным, что Путин не очень великий стратег. Ибо фундаментально, в долгосрочной перспективе, его действия явно не в интересах России: она прекращает быть частью международного сообщества. Коммунизм нигде более не прижился. Идея о «матушке России» тоже заведомо проигрышна. Это очень устаревшее видение.

В одном из своих интервью вы сказали: «Россия недооценила Украину». Можно ли сказать, что для русских Украина стала своеобразной ловушкой?

Могут ли россияне победить украинцев в традиционной войне? Да, могут. Так же, как они могли это сделать в Афганистане. Но нужно понимать, что они заплатят за это огромную, неимоверную цену, особенно в долгосрочной перспективе, ведь украинцы не захотят снова адаптироваться к тому, что было. И со временем даже внутри самой России эти вещи станут непопулярными, особенно после того, как эйфория от успешного вторжения закончится. Вот где стратегии и тактики разделяются. Стратеги должны думать о долгосрочной перспективе.

Как вы оцениваете происходящее сейчас в Азовском море?

Когда я учился в младших классах, то в книгах читал, что Украина была житницей всего Советского Союза. То есть всегда была критически важной для Москвы. Тем более было критически важно, чтобы Украина оставалась частью «русского мира». А стратегия России выглядит очень просто: если нельзя все взять сразу, то нужно отнимать по частям. Давайте чуть-чуть отнимем, а потом посмотрим, затаив дыхание. А далее отрежем еще чуть-чуть. Как я могу судить, происходящее сейчас – это использование той самой старой стратегии.

Соединенные Штаты поддерживают Украину. Решение перебазировать часть кораблей в Черное море, оказание воздушной поддержки – это определенно сильный месседж со стороны США. Еще два года назад многие говорили: давайте попытаемся исправить отношения с Россией. И мнения в Вашингтоне по этому поводу разделились. У нас есть выражение: «для танго нужны двое». В Вашингтоне пока не поняли окончательно, что Путин не хочет танцевать. Он придерживается своего старого плана. Думаю, что мы неправильно оценили ситуацию на начальном этапе. Поэтому она сейчас более угрожающая, чем была раньше.

В США признали, что Россия вмешивалась в президентские выборы в 2016 году. Для чего же все это было сделано – для создания хаоса внутри США или же изоляции Соединенных Штатов от истинно глобальных проблем?

Все время идет попытка вызвать у населения чувство неуверенности, беззащитности и обратить людей против правительства. Что касается выборов в США, то для русских это не было крупной кампанией по дестабилизации. Я не увидел у Кремля большого плана. Они действительно думали, что повлияют на избирательный процесс в США? Внутренняя борьба здесь всегда существовала, политизация процесса и партийная борьба не связаны с россиянами. Так что невозможно создать давление извне. Можно просто ухудшить ситуацию.

Считаете ли вы Эдварда Сноудена предателем?

Когда мы смотрим на Сноудена, то интересно оценить уровень сегодняшнего шпионажа. Ведь раньше возможно было найти лишь несколько личных дел шпионов. А теперь, в эпоху Интернета, даже очень молодой человек, сидя на правильном месте, может получить доступ к миллионам мегабайт секретных данных. Таким человеком стал Эдвард Сноуден. То есть в век технологий возможно скомпрометировать и повредить любую репутацию.

Я полагаю, что изначально он не был российским агентом. Но когда приехал в Россию, оказался под опекой российских спецслужб и потерял свою независимость. Таких людей мы называем «агентами влияния».

Вы более 30 лет участвовали и командовали различными операциями под прикрытием – от Чили и Эквадора до Афганистана…

Добрая половина моей карьеры была связана с тайными операциями, которые в последующем стали публичными. В мое время главным «фронтом» была Южная Америка, то же Чили. Сейчас я думаю, что это Украина. Здесь происходит противостояние по линии Россия – Запад.

Вопросы задавал Александр Демченко.

Данное интервью впервые вышло на сайте LB.UA и публикуется (с сокращениями) с разрешения правообладателя.

 

 

Понравился материал? Подписывайтесь на рассылку прямо сейчас.

0 Комментарии читателей

Нет комментариев
Добавить комментарий

Ваш комментарий не должен превышать 800 знаков и содержать ссылки на другие сайты.

Соблюдайте, пожалуйста, наши правила комментирования.



Доступно 800 знаков
* Вы можете оставить комментарий под псевдонимом. Адрес Вашей электронной почты не публикуется.