Шапка

На выборах не свергнуть
В Кыргызстане окончательно сформировался действенный механизм смены власти – силовой захват

Getty Images
Getty Images
Cторонники Садыра Жапарова требуют отставки президента Жээнбекова

«Тюльпановая революция» 2005 года застала врасплох всех в Кыргызстане, включая лидеров оппозиции: уж очень быстро и легко пал правящий режим президента Аскара Акаева. В апреле 2010 года, когда был свергнут второй президент Курманбек Бакиев, появились сомнения, что Кыргызстан впадает в «круговорот переворотов». Но в октябре 2020 года эти сомнения развеялись: через силу улицы в стране окончательно сформировался действенный механизм смены власти. Что привело к падению правящего режима в этот раз и каковы главные риски для страны?

Как и в «цветных революциях» начала 2000-х, нечестные выборы стали стартовой точкой октябрьских событий в Кыргызстане. Три партии («Биримдик», «Мекеним Кыргызстан» и «Кыргызстан»), лояльные президенту страны Сооронбаю Жээнбекову, были объявлены победителями парламентских выборов 4 октября 2020 года. Предвыборная кампания ознаменовалась массовым подкупом избирателей, в основном в пользу трех вышеуказанных партий. На следующий день несколько тысяч сторонников партий, не прошедших в парламент, вышли на демонстрацию, требуя новых выборов.

После нескольких часов противостояния с правоохранительными органами протестующие захватили здание правительства, включая кабинет президента Жээнбекова. Последнего не видно было и не слышно, как и премьер-министра, главы МВД, да и самих милиционеров. После нескольких дней безвластия лидером улицы, а затем и страны оказался оппозиционный политик Садыр Жапаров. В ночь волнений его освободили из тюрьмы (где отбывал наказание за взятие заложника), а через несколько дней парламент страны избрал Жапарова новым премьер-министром. После этого президент Жээнбеков объявил о досрочной отставке. Таким образом, третий раз за последние 15 лет избранный президент Кыргызстана был свергнут.

Упорное желание команды президента зарезервировать парламент исключительно для своих лояльных партий только усугубило ситуацию и объединило все оппозиционно настроенные партии в протестное движение

Помимо классического и давно известного набора (экономический кризис, высокий уровень коррупции и низкий уровень доверия к власти) такому повороту событий способствовали еще два непосредственных фактора. Во-первых, высокий семипроцентный проходной барьер оставил за бортом почти все оппозиционно настроенные партии, от социалистов до националистов, и объединил их в единое протестное движение. Упорное желание команды президента зарезервировать парламент исключительно для своих лояльных партий только усугубило ситуацию.

Во-вторых, во время протестов лидеров страны и силовиков охватил полный паралич. Политическая слабость президента Жээнбекова была известна, но таким же беспомощным и отсутствующим оказалось все руководство страны. Поэтому демонстративное исчезновение силовиков с улиц не удивительно. Более того, опыт предыдущих «революций» также подсказывал милиционерам самоустраниться, дабы не оказаться битыми или на скамье подсудимых.

Свержение президента Жээнбекова мало кого огорчило в Кыргызстане, но также мало кто ожидал, что Жапаров станет исполняющим обязанности главы государства. Он пока раздает обещания народу и должности своим потенциальным оппонентам. Часть партий, принявших активное участие в поствыборных протестах, оказалась не у дел. Другая де-факто вошла в команду Жапарова со ссылкой на необходимость «спасать страну».

В настоящий момент новая власть страдает от отсутствия легитимности, но укрепление позиций кажется более важной задачей для новых лидеров, чем скорейшее возвращение в правовое поле. Свидетельство тому – «продление» полномочий действующего парламента на шестой год, что является прямым нарушением конституции страны. Протесты 5 октября были направлены на отмену прошедших парламентских выборов и объявление новых, однако в начале января 2021 года пройдут президентские выборы, затем будут внесены изменения в конституцию, и только потом изберут новый парламент.

Москва и Брюссель официально приостановили выделение ранее оговоренных финансовых вливаний до нормализации ситуации

Куда более сложной оказалась легитимизация нынешней власти на международной арене. Соседи Кыргызстана дружно выразили беспокойство относительно ситуации, но не более того. Россия как «самый стратегический партнер» попыталась повлиять на ее разрешение, но визит Дмитрия Козака мало что изменил в Бишкеке. Москва и Брюссель официально приостановили выделение ранее оговоренных финансовых вливаний до нормализации ситуации.

Для стабилизации положения в стране необходимо не упускать из виду ряд рисков, которые обнажились во время недавних событий. Во-первых, практика свержения власти через уличные протесты приобрела характер «нормального» явления, а выборы до сих пор не превратились в работающий механизм смены власти. Единственным прецедентом мирной победы оппозиции остается избрание президентом тогда еще «советской республики» Аскара Акаева в 1990 году. С тех пор власть на «островке демократии» сменялась только силой, кроме случаев перехода власти «своему» человеку.

Практика свержения власти через уличные протесты приобрела характер «нормального» явления, а выборы до сих пор не превратились в работающий механизм смены власти

Действия демонстрантов, захвативших здания правительства, а также исчезновение представителей правоохранительных органов указывают на то, что ключевые игроки, кроме лидеров страны, учатся на прошлых ошибках. Ввиду того что проведение честных выборов остается задачей недосягаемой, силовой захват власти превратился в действенный и проверенный способ исправления ситуации. Называть ли это революцией или переворотом – дело вторичное.

Кроме того, возврат к президентской системе и мажоритарным выборам в парламент, обещанные Жапаровым, могут внести свою лепту в новые витки политической нестабильности. Позорная реализация «парламентаризма» Атамбаевым и Жээнбековым (и всеми партиями-участниками без исключения) дискредитировала концепцию, и ревизионистские идеи могут найти широкую поддержку населения. Но в контексте повсеместного пренебрежения законом вышеуказанные изменения только усилят централизацию власти и ресурсов в руках небольшой группы. В прошлом именно последнее и становилось ключевым триггером волнений.

Октябрьские события также продемонстрировали растущую привлекательность сил национал-популистской направленности. Риторика таких партий находит отклик среди широких слоев населения, о чем свидетельствует электоральный успех партий «Бутун Кыргызстан», «Мекенчил» или «Чон Казат». С одной стороны, это говорит о растущем влиянии идей в противовес фактору денег или административного ресурса, и не может не радовать тех, кто ратует за развитие демократии. С другой стороны, поучителен опыт стран, где на волне экономического кризиса и хронической коррумпированности истеблишмента демократические процедуры приводили к власти не совсем демократические силы.

В заключение следует отметить, что после падения очередного – погрязшего в коррупции и неспособного на реальные реформы – политического режима перед новой властью открывается широкое поле для деятельности. Требуются реальные реформы в экономике и государственном управлении, обеспечена более честная политическая конкуренция, и, самое главное, если появится ясное понимание того, как и зачем вышеперечисленное необходимо реализовывать. Но с учетом прошлого, в Кыргызстане мало кто готов выдать кредит доверия «революционным» силам. Наличие идей и политической воли для реформ придется доказывать с первого дня.

Понравился материал? Подписывайтесь на рассылку прямо сейчас.