Шапка
IPG Logo

Превентивный удар, неужели именно сейчас?
Бряцание оружием в Северной Корее и США отодвигает реальные вызовы на второй план

(с) AFP 2017
(с) AFP 2017
Празднование в Пхеньяне по случаю 105-й годовщины со дня рождения "вечного президента" Ким Ир Чена, умершего в 1994 году

Переброской американской авианосной группы во главе с авианосцем «Карл Винсон» к «Восточно-Корейскому», или Японскому морю США пытаются акцентировать внимание на том, реальное значение чего сразу увидеть нельзя. Эта эскадра уже в марте 2017 года участвовала в совместных ежегодных военных учениях США и Южной Кореи под названием Foal Eagle и тем самым стала твердым элементом существующих стратегических сценариев. Итак, возникает вопрос, что должны повлечь за собой эти шаги и могут ли они иметь хотя бы какое-то позитивное влияние на нынешнюю ситуацию на корейском полуострове.

Ответ на вопрос, который напрашивается в связи с этим, мог бы быть следующим: в действительности американская тактика адресована Китаю. Субъектам принятия решений в Китае лишний раз надлежит продемонстрировать то, что они, собственно, и сами знают: без программы ракетно-ядерных испытаний Северной Кореи этот регион станет более стабильным. Высказывается предположение, что за прошедшие годы Китай недостаточно сделал для того, чтобы воспользоваться своим влиянием на Пхеньян, и мог бы оказать дополнительное давление на него путем экономической блокады.

Впрочем, охлаждение отношений между Пекином и Пхеньяном, а также ряд других факторов свидетельствуют о чем-то ином. Похоже, ключ к будущим решениям и возобновлению переговоров следует искать скорее в США, а не в Китае. Нынешние события и в самом деле являются лишь самой свежей низшей точкой падения в той тенденции, которая наметилась за прошедшие восемь лет после прекращения шестисторонних переговоров. При этом речь идет не о раскручивании спирали конфликта из-за обоюдосторонних и повторяющихся провокаций. Позиции значимых сторон конфликта ожесточены, как никогда, а реальные вызовы отодвинуты на второй план.

Прекращение переговоров – вина не только Северной Кореи

Вину за прекращение шестисторонних переговоров нельзя возлагать лишь на Северную Корею. Соглашения, достигнутые в ходе последнего раунда переговоров в 2007 году, предусматривали вывод из эксплуатации Северной Кореей своего ядерного оборудования и обнародование соответствующих программ. Главным пунктом Плана действий была нормализация отношений между США и Северной Кореей. Им предусматривалась отмена режима санкций, введенных на основе Закона о запрете торговли с врагами, и отказ от обозначения Северной Кореи спонсором терроризма. Северной Корее была обещана поддержка в сфере энергообеспечения и гуманитарная помощь.

Похоже, ключ к будущим решениям и возобновлению переговоров следует искать скорее в США, а не в Китае

Однако главное желание Пхеньяна осталось без внимания. США не откликнулись на требование о двусторонних гарантиях безопасности в форме двустороннего договора. Так как его одобрение Конгрессом было бы весьма маловероятно, США предложили в качестве альтернативы многосторонние гарантии безопасности на региональном уровне. Но договоренностей, которыми не были бы связаны последующие администрации США, оказалось недостаточно, чтобы удовлетворить потребности Северной Кореи в безопасности.

Остается неясным, почему Пхеньян в очередной раз согласился на неполноценную для него договоренность по принципу «услуга за услугу» (Quid pro Quo), а именно разоружение в обмен на гуманитарную и экономическую помощь. Впрочем, после проведения в 2009 году ракетных испытаний под видом космических исследований процесс шестисторонних переговоров застопорился. Да и переговоры по так называемому Соглашению от 29 февраля 2012 года не вышли за рамки акцентирования внимания одной из сторон на программе ракетно-ядерных испытаний. Вместо этого правительство США с президентом Обамой впредь сделало ставку на политику «стратегического терпения», чтобы вынудить Пхеньян к имплементации итогов достигнутых до сих пор соглашений.

Соответственно невозможно согласиться с утверждением о том, что Северная Корея рассматривает свою ракетно-ядерную программу в качестве весомого аргумента на переговорах, позволяющего добиться экономической помощи. Напротив, гонка ядерных вооружений в будущем является асимметричным средством преодоления дилеммы в вопросе безопасности, порожденной техническим превосходством противника. В дополнение к этому политическое руководство Северной Кореи пытается достичь стратегического статус-кво, чтобы обеспечить возможность новых переговоров на равных.    

Спираль провокаций

Еще одним распространенным аргументом против переговоров с Северной Кореей является мнение о том, что режим этой страны целенаправленно делает ставку на провокации, чтобы обратить на себя внимание и укрепить свои позиции на переговорах. Однако такое истолкование – поверхностно. Нынешняя спираль конфликта на самом деле состоит из провокаций и ответных провокаций, которые можно наблюдать и которые постоянно повышают опасность эскалации конфликта. Пхеньян неоднократно высказывал претензии в связи с совместными военными учениями США и Южной Кореи, а также их реальной ориентацией на наступательные операции по высадке сухопутных сил и использованию бомбардировщиков B-52, способных нести ядерное оружие. В ответ на это Северная Корея неоднократно осуществляла ракетно-ядерные испытания и демонстрировала свою решимость в форме артиллерийских стрельб. В 2010 году во время совместных военных учений на так называемой Северной разграничительной линии (морской границе, все еще остающейся предметом спора между двумя Кореями) был потоплен корвет «Чхонан» ВМС Южной Кореи. В 2015-м инцидент, в результате которого два южнокорейских военнослужащих получили ранения вблизи демилитаризованной зоны, подорвавшись на саперной мине, положил внезапный конец сближению между Севером и Югом.

В прошлом ни одна из сторон не была заинтересована в реальной военной конфронтации. Целью Северной Кореи было обеспечение выживания режима и закрепление сложившегося статус-кво на основе ядерного сдерживания. США неоднократно обращались к изучению варианта превентивного удара. Впрочем, подобный шаг мог бы повлечь за собой непредвиденный косвенный ущерб для Южной Кореи. В частности, ее столица Сеул расположена на расстоянии всего около 50 км от демилитаризованной зоны. Китай многократно пытался разрядить возникающие опасные ситуации посредством «челночной дипломатии». 

Каково на самом деле влияние Китая?

Всегда, когда на корейском полуострове снова случаются конфликты, раздаются призывы к влиянию Китая. Обосновывается это тем, что Китай якобы является единственным союзником Северной Кореи и должен воспользоваться своим влиянием. На самом же деле Китай в прошлом ставил свою заинтересованность в стабильности Северной Кореи, а также свои геостратегические побуждения выше всех иных соображений. Но с течением лет ситуация изменилась и для Китая.      

С разворачиванием программы ракетно-ядерных испытаний Северной Кореи правительство Китая осознало, что такая тенденция может привести к большей дестабилизации в регионе, чем дестабилизация руководства в Пхеньяне. После остановки шестисторонних переговоров Пекин все больше пытался достичь открытости экономики Северной Кореи и поддерживал резолюции ООН по санкциям, направленным против дальнейшего распространения вооружений и технологий.

Цель Северной Кореи состоит в том, чтобы обеспечить выживание режима и закрепить сложившийся новый статус-кво на основе ядерного сдерживания

Но влияние Китая при правлении Ким Чен Ына было сильно ограничено. После казни в 2013 году Чан Сон Тхэка – дяди Ким Чен Ына – Северная Корея потеряла сторонника политики открытости, а Китай лишился своего главного канала доступа к северокорейскому руководству. С тех пор Северная Корея неоднократно посылала сигналы Китаю о том, что его влияние нежелательно. В экономическом отношении Китай то и дело пытался применить политику кнута и пряника, ограничивая энергообеспечение и закупки северокорейского экспорта, в частности угля. С тех пор Пхеньян стремится уменьшить свою зависимость от Пекина во всех сферах.  

Что касается санкций, то китайские банки и крупные фирмы все более успешно приспосабливаются к односторонним санкциям США так, чтобы не быть исключенными из американского рынка. Технологии, значимые с точки зрения безопасности, заблокированные санкциями ООН о нераспространении, все же проложили себе путь в Северную Корею благодаря китайским каналам. Однако вину за это следует возлагать на деятельность преступных сетей, подделывание лицензий и отсутствие технологий в китайских фирмах, а также на недостатки в организации таможенного и пограничного контроля.

В принципе, Китай и США оказались перед вызовом приведения в соответствие существующих между ними противоречий в обустройстве региональной архитектоники безопасности и общих интересов

Мелкая торговля потребительскими товарами со стороны китайских фирм привела к возникновению в Северной Корее мелких рынков и первых рыночных экономических возможностей. Требование к Китаю пресечь такую деятельность равнозначно односторонним санкциям, а соответствующие шаги были бы предприняты независимо от действующего до сих пор режима санкций ООН.

В принципе, из-за отсутствия установившегося статус-кво в сфере политики и безопасности во всем восточноазиатском регионе Китай и США оказались перед вызовом приведения в соответствие существующих между ними противоречий по обустройству региональной архитектоники безопасности и общих интересов. Поэтому решению проблемы существующих очагов конфликтов наподобие корейского полуострова или территориальных вопросов в Южно-Китайском море постоянно угрожает то, что они могут быть принесены в жертву противоположным интересам в рамках крепнущего усиления двух полюсов влияния.  

Гарантии безопасности США

Неоднократные заверения со стороны США в том, что они окажут помощь своим союзникам – Японии и Южной Корее – вызывают недоумение. США и в самом деле взяли на себя обязательства по защите Южной Кореи. Но в центре всех проблем фактически находится военно-стратегическая ситуация в отношениях между США и Северной Кореей. В прошлом сближение между двумя Кореями неоднократно страдало от развития ситуации с безопасностью в отношениях между США и Северной Кореей. Особенно четко это проявилось тогда, когда меры по сближению были поставлены на службу формированию атмосферы общего доверия. Инициативы по безопасности в регионе Южной Кореи потерпели неудачу из-за отсутствия интереса со стороны США и Китая. К сомнениям и подходам Южной Кореи в вопросах безопасности в прошлом мало прислушивались, а ее целевые установки либо попросту игнорировались, либо наталкивались на сопротивление Вашингтона. 

В случае весьма вероятной победы на выборах в июне нынешней оппозиции новое южнокорейское правительство проявит большую волю к осуществлению политики сближения. Оппозиция намного критичнее относится к военным мерам, а также размещению противоракетных комплексов подвижного наземного базирования THAAD и, вероятно, не приемлет их. Спровоцированное напряжение повлияло и на предвыборную борьбу в Южной Корее. В последнее время настроение общественности изменилось не в пользу сближения с Северной Кореей.

Реальный поворот в нынешней ситуации раскручивания спирали конфликта может наступить лишь в случае урегулирования вопросов в сфере политики безопасности общими усилиями США и Северной Кореи. Такой шаг должен стать частью широкомасштабного мирного процесса и осуществляться с вовлечением в него Южной Кореи и Китая. Лишь вместе взятые переговоры о разоружении, сближение между Севером и Югом, а также обустройство региональной архитектоники безопасности с участием многих сторон могли бы привести к устойчивому результату.

Поскольку в настоящее время необходимое доверие отсутствует, и нет оснований полагать, что северокорейское руководство даст переубедить себя отказаться от программы ракетно-ядерных испытаний, неизбежно и то, что такие инициативы будут осуществляться в рамках статус-кво, базирующегося на ядерном сдерживании, что уже частично и делается. В данный момент это все еще более реалистичная альтернатива по сравнению с превентивным ударом или военной эскалацией. Военным путем вряд ли удастся добиться желаемой цели ядерного разоружения и смены режима. Северокорейские технологии глубоко спрятаны в подземных установках. Кроме того, пришлось бы считаться и с огромными человеческими и материальными потерями в Южной Корее.

Понравился материал? Подписывайтесь на рассылку прямо сейчас.

0 Комментарии читателей

Нет комментариев
Добавить комментарий

Ваш комментарий не должен превышать 800 знаков и содержать ссылки на другие сайты.

Соблюдайте, пожалуйста, наши правила комментирования.



Доступно 800 знаков
* Вы можете оставить комментарий под псевдонимом. Адрес Вашей электронной почты не публикуется.