Немцы говорят о последствиях стратегии безопасности Трампа все более паническим тоном. Одна из причин паники – переоценка значения подобных документов. Национальные и многосторонние концепции безопасности имеют двойную функцию: подтверждают выбор пути внутри страны и одновременно посылают сигнал наружу. Но в большинстве случаев они лишь описывают то, что уже некоторое время думают и делают. Практика часто опережает теорию и концептуализацию.
Такие документы часто считают более значимыми, чем они есть. На самом деле они, как правило, не определяют конкретные действия правительства. Например, несмотря на общий тон стратегии безопасности, Трамп еще в июне 2025 года на встрече НАТО в Гааге поддержал декларацию, подтверждающую железную, непоколебимую приверженность обязательствам Альянса в сфере коллективной обороны. По крайней мере, теперь окончательно ясно, что Трамп не проводит изоляционистской политики, как ошибочно опасались в Европе еще несколько месяцев назад. Напротив, он, очевидно, стремится превратить трансатлантический союз в вассалитет – вплоть до попыток влиять на внутреннюю политику союзников. При этом стратегия безопасности Трампа по содержанию и техническому исполнению отстает от стратегических документов предыдущих президентов. Серьезные проблемы США выпали из поля зрения. Отношения с союзниками в Европе и Азии несовместимы с долгосрочными стратегическими интересами Вашингтона.
И все же к стратегии США стоит относиться не с тревогой, а взвешенно и трезво (но не пассивно). Становиться пророческой Кассандрой не время. Сам Трамп в той же стратегии безопасности признает, что Европа до сих пор чрезвычайно важна для США стратегически и культурно. Трансатлантическая торговля, как и прежде, является одним из столпов американского благосостояния. Европейцы вполне способны добавить экономическую составляющую в будущие трансатлантические отношения, если будут действовать уверенно и слаженно. Несколько дней назад в журнале Foreign Affairs появилась статья: How Much Abuse Can America’s Allies Take? Longtime Partners Will Soon Start to Drift Away. В ней справедливо отмечено, что Трампу не следует перегибать палку, потому что европейцы могут отвернуться от США.
В ближайшие месяцы ведущие государства Европы во главе с Е3 (Германия, Франция, Великобритания) должны выступать единым фронтом и вести с администрацией Трампа конструктивный, а при необходимости и жесткий диалог на равных о будущем трансатлантических отношений. Не на публичной арене, которую предпочитает Трамп, и тем более не в полукруге глав правительств перед его столом в Овальном кабинете, а в конференц-залах без окон и прессы. Именно так выглядит настоящая дипломатическая война за политические пути. Личное вмешательство глав государств и правительств необходимо только в том случае, если консультации на уровне чиновников заходят в тупик.
Европейцы вполне способны добавить экономическую составляющую в будущие трансатлантические отношения, если будут действовать уверенно и слаженно
В принципе, у Европы есть два основных варианта действий. Оптимистичный, желательный путь – переговоры о переносе центра тяжести НАТО из США в Европу. Это привело бы к регулируемой европеизации НАТО в течение периода до десяти лет, что совпадает со сроками реализации новой цели НАТО: увеличение расходов на оборону до 3,5 или 5 процентов ВВП к 2035 году. Военную зависимость от США, в частности в оборонной политике, можно значительно уменьшить. Однако конвенционное американское военное присутствие нужно сохранить, хотя и в сокращенном виде, чтобы НАТО и дальше было фактором сдерживания.
В процессе должно быть подтверждено расширенное ядерное сдерживание США в рамках НАТО. Учитывая ядерно-стратегическую стабильность между США и Россией, следует признать, что подход Трампа к переговорам, направленный на сотрудничество, имеет смысл. Ведь безопасность и само существование Европы в значительной степени зависят от стратегического баланса между двумя ядерными сверхдержавами, а также от того, будет ли Китай вовлечен в переговоры о контроле над вооружениями. Продление договора New START, который истекает 5 февраля 2026 года (по крайней мере, взаимное соблюдение верхних пределов для стратегического ядерного оружия, согласованных в этом договоре), в интересах Европы. На экономическом уровне ЕС может использовать свою рыночную силу более настойчиво, чем Еврокомиссия до сих пор.
Если же окажется, что сотрудничество в формировании трансатлантических отношений не работает, то есть если Трамп продолжит политику отчуждения, то фундаментальная переориентация европейской внешней политики и политики безопасности будет неизбежна, хотя для этого придется прокладывать новые пути, каменистые и опасные. Если европейцы не захотят выполнять требования MAGA, то будут вынуждены договариваться с Москвой о собственном балансе интересов, где на первый план выйдет евростратегическая стабильность. Приоритетом станет поиск способов обеспечить европейское ядерное сдерживание и стабилизирующий контроль над вооружением без участия Вашингтона.
Стратегия безопасности Трампа основана на том, что российскую войну в Украине нужно анализировать и рассматривать не только в контексте Киева, но и в контексте общеевропейской безопасности. Любое переговорное решение должно укреплять, а не ослаблять безопасность Европы. Риски эскалации и еще более длительной войны для Киева и Европы больше, чем риски, связанные с быстрым, болезненным для Украины, но в конечном итоге приемлемым переговорным решением.
